В так называемые «лихие 90-е» всем знакомое понятие «крыша» приобрело совершенно иное звучание. Так теперь стали именовать «покровителей», которые обеспечивали защиту представителям малого и среднего бизнеса. Согласно законам словообразования, возник еще и термин «крышевание»…
Как полагают лингвисты, это понятие перекочевало в преступный мир со сленга профессиональных разведчиков. И неслучайно: именно в начале 90-х годов экс-сотрудники всевозможных спецслужб, оставшись без работы, переквалифицировались в частных охранников. Прежних связей они, разумеется, не теряли, так что в 90-е «гэбистская крыша» была даже круче, чем крыша ментовская. Хотя ментовская – по заслуживающим доверия оценкам – обходилась дешевле. Сегодня «синяя крыша» (сотрудники МВД) и «красная крыша» (сотрудники ФСБ) весьма успешно работают в большом бизнесе. И, как нетрудно догадаться, когда кого-то «крышуют» обе эти структуры, защита у этого «кого-то» поистине непробиваема.
Чтобы не быть голословными, приведем пример.
В 2007 году с громким скандалом и возбуждением уголовного дела была отзвана лицензия у волгоградского банка «Волго-Дон Банк». Началось все с того, что сотрудники волгоградской милиции при выходе из банка задержали троих мужчин – как позже оказалось, сотрудников московской компании «Русская инвестиционная группа», - которые в обычных спортивных сумках выносили 60 млн рублей. Сотрудники правоохранительных органов заподозрили, что налицо – «нарушение законодательства о противодействии легализации доходов, полученных преступным путем». Или, говоря проще, отмывание денег в особо крупных размерах.
Сама схема отмывания не кажется сложной. Есть некий банк, и есть люди, которым очень нужны «легальные» наличные деньги. Наличка очень ценится в сельском хозяйстве, например, чтобы расплачиваться за «левое» горючее и труд «рабов» - сезонных рабочих. Ценится нал в строительном бизнесе и других отраслях экономики. Но нал должен иметь законное происхождение. А для этого всего-то нужно организовать энное количество фирм-однодневок (пакет регистрационных документов стоит порядка 10 тысяч рублей на каждую), которые заключают прямой договор с упомянутым выше банком. Деньги поступают на счет, а потом обналичиваются. Сам банк с каждой суммы получает свой процент. Собственно, в этом и заключается его интерес. Получается «круговорот денег в природе». Из московских фирм-однодневок поступают миллионы, которые, обратившись в банкноты, возвращаются обратно в Москву. Или транзитом переводятся на счета компаний в постсоветском пространстве или в оффшорах. Это уже называется «выводом капитала». Так вот «Волго-Дон Банк», как установило следствие, всего за несколько месяцев выдал наличными два миллиарда рублей (по некоторым данным, в несколько раз больше), а еще 9 с лишним миллиардов перевел на счета неких болгарских компаний, имеющих один и тот же юридический адрес. Всего в махинациях было задействовано 40 фирм-однодневок и полтора десятка волгоградских филиалов иногородних банков. Следствие считало, что руководство этих филиалов было «в доле» и прекрасно знало, чем занимается «Волго-Дон Банк» и получало со сделок определенный процент. А когда в закромах банков не хватало наличности, ее заказывали в… Центробанке России.
В ходе такого, с позволения сказать, «бизнеса» банк выдавал порой по 200 млн наличными в день. И так вплоть до того момента, когда Центробанк «лавочку» прикрыл и отозвал у банка лицензию. Кстати, как выяснилось, у «Волго-Дон Банка» лицензию уже однажды изымали – в 2002 году, на обслуживание физических лиц. После этого областные структуры потеряли к банку финансовый интерес, он начал переходить из рук в руки и, в конце концов, превратился в «отмывалку», на банковском жаргоне.
Уголовное дело обещало быть громким: финансовые нарушения (обналичка, уход от уплаты налогов и т.п.) на миллиарды, десятки подозреваемых!.. Но – вышел «пшик». Реальный срок получила только операционистка банка Марина Устинова. Ее непосредственную начальницу Наталью Архипову приговорили к четырем годам с отсрочкой приговора на 14 лет (до достижения очень вовремя родившимся у Натальи ребенком совершеннолетия). Руководство банка, которое не могло не знать о происходящем и, скорее всего, всем этим происходящим руководившее, просто кануло в неизвестность, прихватив с собой все финансовые документы и кредитные досье банка.
Побыв сколько нужно в тени, эти люди вновь вынырнули в самой гуще банковского бизнеса, в Москве. Вновь был куплен небольшой банк – ОАО «Наш Банк», имеющий камчатские корни. И вновь начата бурная деятельность по упомянутой выше схеме. «Работу» банк начал осенью 2010 года, а в начале февраля 2011-го прекратил (ЦБ РФ отозвал у «Нашего Банка» лицензию). Но за столь короткий срок было обналичено около шести миллиардов рублей. А дальше все по волгоградскому сценарию. «Пешки» сядут, а руководство – выплывет. При этом уничтожены все серверы и дисковые накопители, исчезло кредитное досье, а на счетах банка зависли миллионы камчатских вкладчиков… Все сотрудники филиала на Камчатке получили "волчьи билеты", с которыми уже ни в один банк не устроишься на руководящую должность... Все вклады банка были собраны в Петропавловске - Камчатском, пострадали, как всегда, самые незащищенные слои общества - пенсионеры, муниципальные служащие. Однако ответственность так никто и не понес.
Как такое возможно? Ну вот возможно, и все тут. Но – надо назвать главных действующих лиц. Их всего трое. Первый – Александр Девонин. В «Волго-Дон Банке» он был председателем правления, в «Нашем Банке» - президентом. Второй – Владимир Чебан. В «Нашем Банке» он стал председателем правления… В «Волго-Дон Банке» он постов не занимал, но зато занимался регистрацией тех самых фирм-однодневок. Третий – Игорь Кочубей, который в Волгограде возглавлял службу безопасности, а в Москве стал председателем совета директоров. Кочубей – экс-сотрудник ФСБ и, по некоторым данным, именно он осуществлял прикрытие деятельности и «Волго-Дон Банка», и «Нашего Банка». А кроме того, в совет директоров «Нашего Банка» ввели некоего Дениса Жердева. Который, как бы, между прочим, является заместителем начальника УВД города Электросталь. Так что крыша у махинаторов как минимум двухцветная…
Как минимум, потому что уровень Кочубея и Жердева – явно не самый высокий в этой пирамиде. Криминал, бизнес и правоохранительные структуры в этой стране переплелись настолько плотно, что, порой, и не различишь, кто какого цвета.
:
